Игры по чужим правилам [СИ] - Марина Ефиминюк

— Я к тому, чтобы ты положил рукопись на место. — Роза холодно улыбнулась и пригрозила: — Не дай бог, чего перепутаешь…

— Очень неосмотрительно с моей стороны, — покачал головой Зак, издеваясь над доморощенной писательницей. — Как продвигается работа? Уже дошла до темных времен?

Наблюдая за чрезвычайно вежливой беседой родственников, гостья с серьезной миной судорожно кусала изнутри щеку, чтобы не расхохотаться.

— Продвигается, — сухо отозвалась та и тоном, не терпящим возражений, обратилась к девушке: — Мы идем на второй этаж. Я покажу тебе портреты предков Вестичей.

Повелительным жестом она указала в сторону темного коридора, недвусмысленно приказывая девушке выметаться. Прежде чем послушно выйти, Маргарита одарила парня последним загадочным взором.

— Увидимся, ангел! — выкрикнул Зак ей вдогонку и, желая подразнить Розу, уточнил: — Ей уже исполнилось восемнадцать?

Красноречиво изогнув бровь, тетка Вестич уперла руки в бока и рявкнула хрипловатым голосом:

— Закуси удила, паршивец!

Когда за спиной рассвирепевшей женщины шибанула дверь, ведьмак облегченно выдохнул. Щелкнув пальцами, он включил лэптоп. Открылась крышка, вспыхнул экран, и снова закрутился ролик.

Даже до смерти напуганная, человеческая девушка сводного брата оказалась на раздражение милее, чем помнилась Заккари, пока он находился далеко от дома.

* * *

Прошлогодняя автокатастрофа наградила меня досадной фобией — паникой перед легковыми автомобилями, которую не сумели истребить даже мои родители, известные психиатры. Филипп искренне считал страх скорости сущей ерундой (не сказать, легкой придурью), однако поменял спортивную машину, величиной с коробок, на неповоротливый внедорожник. Кое-как, и не без «помощи» Заккари Вестича, с фобией я справляться научилась, однажды даже села за руль, но все-таки в обычные дни предпочитала городскую подземку.

Помня об этом, Филипп ехал исключительно аккуратно и, на раздражение лихачей, неторопливо. Внимательно следя за дорогой, он молчал, погруженный в собственные мысли. Украдкой я поглядывала на парня, гадая, что именно тяготило его, ведь, как правило, он философски относился к проблемам и неприятностям. Однако так и не решилась расспросить о поездке в Варшаву.

Гнездо находилось в предместьях города, на отшибе от элитарных поселков. Окруженный густым сосновым бором дом напоминал замок из сказки о привидениях — огромный, двухэтажный особняк с остроконечной черепичной крышей, потемневшим от времени фасадом и узкими окнами. Даже в солнечные дни строение, выглядывающее из-за высокого каменного забора, казалось зловещим и необитаемым.

Мы подъехали к кованым воротам, которые украшал герб семьи Вестич — направленный острой вершиной вниз треугольник, заключенный в круг. Медленно, с тягучим скрипом створки раскрылись, впуская нас в широкий двор. Филипп остановился на подъездной дорожке рядом со спортивным БМВ и заглушил двигатель, одним касанием к замку зажигания.

Ведьмовская Сила исключала досадные неудобства из жизни ведьмаков. Они не подозревали, что на отключенный мобильный телефон невозможно дозвониться, никогда не стояли в пробках или в очередях. Было достаточно щелкнуть пальцами, как открывались любые двери, с красного на зеленый переключался светофор, а в мороз без проблем заводился автомобиль.

— Пойдем? — Филипп устало улыбнулся и открыл дверь, впуская в теплый салон поток ледяного воздуха.

— Подожди, секунду. — Останавливая ведьмака, я прикоснулась к его плечу. — Ты в порядке? Выглядишь неважно.

— Я в полном порядке. — Он ласково погладил меня по щеке. — Не беспокойся.

— Как все прошло в Варшаве?

Вестич заметно напрягся и опустил руку.

— Сложнее, чем я предполагал, — через паузу, с расстановкой, словно бы тщательно подбирая слова, вымолвил он. Отчего-то стало понятно, что тема закрыта раз и навсегда.

— Филипп! — Со стороны дома прозвучал музыкальный голос Аиды.

Под козырьком на крыльце вспыхнул уличный фонарь, и на широких каменных ступеньках заблестел ледок. По клумбе с торчащими из-под снега прутиками розовых кустов растянулись неровные тени.

Парень многозначительно закатил глаза, вызывая во мне понимающую улыбку:

— Что-то она задержалась сегодня.

Аида Вестич, наверное, самая породистая из всех известных мне ведьм, обладала даром обостренного слуха. Она без труда различала все разговоры, происходящие в доме, или же, находясь в спальне на втором этаже, при желании могла расслышать, как скребутся в подвале мыши. Возвращение сына она, конечно, не пропустила.

Ведьмак выбрался из внедорожника. Подавив тревогу, я нацепила на лицо вежливую гримасу и тоже открыла дверь.

— Дорогой, мы ждали тебя только завтра! — Аида спустилась с крыльца и обняла любимого сына.

— Получилось пораньше освободиться. — Он растер плечи матери ладонями. — Зачем на холод выскочила?

Родственники нарочно не упоминали причину, почему Хозяин уезжал в Польшу. На любые разговоры о случившейся семейной драме стояло негласное табу — слишком болезненными были воспоминания.

Зябко поежившись, я покрепче запахнула куртку и направилась к крыльцу. Мороз, и в правду, пробирал до костей.

— Добрый вечер.

— Саша… — Аида одарила меня короткой, сухой улыбкой. Подобно всему колдовскому обществу, хозяйка дома не одобряла наших с Филиппом отношений и переносила присутствие человеческой девушки в жизни ее «безупречного» сына, как неизбежное зло. Но она была слишком деликатна, чтобы демонстрировать открытую неприязнь.

Мы вошли в огромный, ярко освещенный холл. Горела старинная хрустальная люстра. Сотня прозрачных подвесок тоненько зазвенела от сквозняка, и на мраморном полу закружилась мозаичная тень.

Меня пугало бездушное Гнездо. В особняке не хватало уюта, присущего дому моих родителей. Ни забытых стаканов на столиках, ни вороха газет на журнальном столике в гостиной, ни скомканного пледа на диване. Красиво обставленные комнаты походили на шикарные экспозиции в мебельных магазинах, а воздух пах неприятно, как на заброшенном, полном рухляди чердаке.

— Поторопитесь, все уже за столом, — подогнала нас женщина прежде, чем скрыться в гостиной.

Мы с Филиппом испуганно переглянулись.

Аида являлась идеальной хранительницей семейного очага. Властной рукой она единолично вела домашнее хозяйство, устраивала пышные ведьмовские шабаши, командовала родней. Настоящая королева! Готовила она тоже по-королевски, то есть отвратительно. Даже чудно, что, с такой поварихой на кухне, Вестичи не страдали язвой желудка.

Когда мы вошли в просторную комнату, то Аида с чопорным видом уже восседала во главе стола. Роза, занимавшая место напротив хозяйки дома, с наслаждением курила папиросу, стряхивая пепел в тарелку с недоеденным салатом. Зак потягивал из бокала вино и мило беседовал с поистине неземным черноволосым созданием.